Проза
Начало Проза Графика Аудио Форум Гостевая И компания
Предыдущая страница Следующая страница

Сегодня он снова пойдёт развлекать их. Будет видеть восхищение в глазах мужчин, туман желания в глазах их женщин, самодовольную кичливость хозяина. Как будто заслуги и достоинства раба придают значимости его господину. Гард слегка дёрнул губами. Он будет дарить им улыбки. Будет слушать слова восторженной похвалы. И кто-то опять расскажет, что слава юного танцора, раба владыки Саидхаруна бен-Яира разлетелась далеко за пределы Арастана.
Те, кто видел его в танце, очарованные магнетической притягательностью, надменной грациозностью, не подозревали что отныне и вовеки покорены этим юношей. А он будет склонять перед ними голову в знак благодарности и покорности. Знаки – это ему не трудно.
Он вышел в пиршественный зал не привлекая к себе внимания, шаги его были легки и беззвучны. Он не старался ступать неслышно, в нём жила эта кошачья вкрадчивость и мягкость.
Он прислонился к колонне поодаль от возвышения на котором восседал Саидхарун бен-Яир, окружённый цветником из самых юных наложниц. Интерьер и устройство этого просторного зала были решены в старинных традициях. Сюда надо было являться в нарядах ушедших эпох, чтобы платье не стесняло, когда гости сидели на коврах и подушках. Гостям это нравилось.
Одет был Гард в чёрное: широкие штаны-шаровары из тонкого шёлка, короткая жилетка и широкий кожаный пояс низко на бедрах. Голову он повязал чёрной же банданой. Теперь уже не расшивают его одежду золотыми и серебряными нитями, россыпью блёсток и камней. Сколько раз сдирал он всю эту мишуру, за что был жестоко бит плетьми. Но в следующий раз опять срывал все украшения до одного, рвал искусные вышивки. И опять был наказан. Он не помнил, сколько раз, прежде чем новый костюм для танца оказался безо всякого намёка на украшательство. Дерзость мальчишки и странное равнодушие к наказанию невольно приводили к мысли «А чувствует ли он боль?» Наказан он бывал часто. Пожалуй, чаще других рабов и слуг. Ломали его дерзкую натуру, непокорность. Плакал он лишь в детстве. Но всё реже и реже. Плеть гуляла по спине и плечам, а лицо оставалось поразительно бесстрастным, лишь в глазах разгоралось чёрное пламя. А дерзить всё-таки стал меньше и покорности прибавлялось, как замечал Саидхарун бен-Яир. Мальчишке пришлось смирился с тем, что он раб.
В свои девятнадцать он уже почти утратил юношескую нежность черт лица, сияние и бархатистость кожи, блеск глаз, которые светятся радостной открытостью и любопытством к миру. Тело его было подтянуто, в меру мускулисто и жёстко. Загорелая кожа много раз дублёная плетью, носила её следы. Глаза, соответственно образу, казалось, должны быть тёмные, непроницаемые. Но они удивляли яркой чистой голубизной. И волосы были очень светлые. Коротко стриженные, они почти полностью скрывались под банданой.
Эти короткие волосы тоже были камнем преткновения. Шевелюра у мальчика была густая и чуть только отрастая, красиво ложилась локонами цвета белого золота. Бен-Яиру это очень нравилось, но строптивый мальчишка не позволял волосам отрастать и портил их. Когда придворный парикмахер отказывался его стричь, следуя приказу Саидхаруна, он просто выстригал клочья, срезал ножом или бритвой. И конечно, был за это бит. Но потом коротко подстрижен в исправление того, что натворил. Через недолгое время всё повторялось. И отстоял-таки Гард своё желание носить короткие волосы.
Он старательно и последовательно вытравливал из себя малейшие черты нежности, женственности после того, как принужден был стать придворным танцором шераха, танца обольщения и соблазна. Женского танца. Нет, мужчины его тоже танцевали, особенно раньше, столетие, два назад. И носили женскую одежду.
Гард танцевал шерах так, что именитые гости приезжали к бен-Яиру издалека, чтобы посмотреть на его раба, чудо-танцора. Гард танцевал шерах, и это было его оружие, в прямом и переносном смысле.
Он стоял, небрежно прислонившись к мраморной колонне. Его бедра были чуть-чуть выдвинуты вперед, а ноги слегка раздвинуты.
Большие пальцы он просунул за пояс, остальные оказались направлены вниз слегка навстречу друг другу, превращаясь на чёрном шёлке в выразительную указующую стрелу. Вполне естественная поза... грубый и откровенный сигнал агрессивной сексуальности. Ох, как хорошо понимали женщины это безмолвное послание. Тоже вполне естественным образом, на уровне подсознания.
Его почти сразу заметили. Их глаза касались его, скользили по телу, уходили, но возвращались опять, отвлекая внимание от неспешной беседы и трапезы. Вот уже не осталось ни одного человека, кто не заметил бы его присутствия, ненавязчивого, в стороне. Наконец и Салех обернулся, повел раскрытой ладонью, молча повелевая выйти в центр.
Гард владел языком тела и использовал его идеальным образом. Он обладал грациозностью, надменной грациозностью, которая вызывает зависть у мужчин и покоряет женщин. Каждой позой, каждым шагом он повторял и подтверждал своё сексуальное послание и "замыкал" зрителя на себя.
Он вышел в перекрестье их взглядов, наполненных ожиданием.


Предыдущая страница Следующая страница
Содержание
Прокоментировать текст

TopList