Проза
Начало Проза Графика Аудио Форум Гостевая И компания
Предыдущая страница Следующая страница

Глава шестьдесят шестая

ритуальное действо

В это время чья-то рука легла ей на плечо, и Гретхен обернулась лицом к площадке. Там, на фоне посветлевшего неба четко темнели силуэты, но их подробности терялись в сумраке. Один из них, крупный, поодаль имел четкую прямоугольную форму, и Гретхен подумала, что это и есть храм, о котором говорил шаман. Другой… возможно, это было какое-то скульптурное изображение. Тем временем на площадку поднялись остальные индейцы, все они стояли в благоговейном молчании, может быть, мысленно молились своему богу или приветствовали его. Затем старик в сопровождении двух мужчин двинулись вперед, к "храму", и их темные силуэты скоро слились с ним.
Тут Гретхен разглядела в центре площадки что-то темное... похожее, может быть, на очень большой диск...
И все индейцы, растянувшись в редкую цепочку, встали вкруг него. Теперь с одной стороны человеческого круга, дальней от Гретхен, находился храм с удалившимся в него шаманом, а напротив, с другой стороны круга, второй темный силуэт, не имевший четкой формы. Рука на плече подтолкнула Гретхен, и повела как раз к нему. Лишь за два-три шага до изваяния она разглядела, что это был высокий каменный идол. Ноги его обвивала толстая каменная змея с угрожающе разинутой пастью, обращенной к тому, кто стоял перед скульптурой. А бока идола пожирали два свирепых зверя. Гретхен едва не попятилась, настолько отталкивающее впечатление производило каменное изваяние. В нем сосредоточились ярость, угроза, боль и жестокость, не знающая жалости. Даже терзаемый зверями, идол не вызывал сострадания, столько злобы читалось в его лице. Высечено оно было грубо, примитивно, но при этом древний ваятель на удивление ясно передал чувства. Щеки и лоб идола были изборождены рисунком - спирали, круги, ломаные линии. Если бы Гретхен присмотрелась и представила бы красно-черно-белую краску вместо борозд на камне, она бы увидела ту же самую нарисованную маску, что была на лицах окружавших ее индейцев. Но ей это не пришло в голову, иначе она поняла бы, что не случай, не внезапная болезнь Шах-Веледа привели их всех сюда, к храму кровожадного бога Тирава. Что индейцы пришли именно туда, куда шли с самого первого дня пути.
Пока Гретхен разглядывала жутковатое изваяние, на площадке появились горшочки с благовониями, источавшие голубоватые струйки дыма.
Индеец, которому, как видно, вменили в обязанность присмотр за чужеземкой, показал, что она должна занять место в общем круге. Гретхен отвернулась от изваяния и тут разглядела, что темное пятно в центре никакой не диск. В самой середине плоской каменной площадки был провал. Подобно кратеру вулкана. Индейцы выстроились вокруг этой странной дыры, по самому ее краю. Гретхен осторожно шагнула вперед - ни малейшего ограждения, ни даже крохотного бордюра... Каменные края обкрошились, с них свешивались темные стволы ползучих растений, уходили вниз, в темноту. Эта темнота создавала ощущение бездны, и стоять на самом ее краю было неприятно. Или провал неглубок? Гретхен глянула вправо, влево - индейцы нисколько не выглядели напряженными. Но ее это не успокоило. Еще этот идол сзади, сразу за спиной! Гретхен казалось, что она лопатками чувствует его присутствие. Широко разинутая пасть каменной змеи как будто угрожала именно ей… От одного вида этой пасти по спине пробегал холодок, и Гретхен охватывала непонятная тревога. Она нервно обернулась и… увидела, что рядом, чуть-чуть позади, почти между нею и изваянием, стоят двое индейцев. Вероятно, как раз рука одного из них направляла ее здесь, на вершине. А другой - в эту минуту Гретхен испытала огромное облегчение, обнаружив рядом того самого, с повязкой. Она скользнула взглядом по его запястью, подняла глаза, и… индеец чуть заметно кивнул ей. Так… По крайней мере, свалиться в яму ей не дадут. В это очень хочется верить.
Гретхен постаралась отвлечься от мыслей о бездне под ногами, о неприятном изваянии за спиной, и это ей удалось, потому что внимание переключилось на то, что начало происходить вокруг.
Со стороны темного храма раздался глуховатый удар в натянутую кожу. Индейцы разом вскинули руки к небу. Ритм редких, но сильных ударов поплыл над предрассветными джунглями. Руки мужчин, поднятые над головой, разом вздрагивали и устремлялись вверх, как будто всякий раз тянулись еще хоть на чуть-чуть стать ближе к небу, в которое были запрокинуты лица. Ритм ударов учащался.
Под четкий, резкий ритм индейцы начали ритуальный танец. Разом пригнувшись, они вкрадчивыми, мягкими движениями двинулись вправо вокруг провала, потом влево. В чуть расставленных руках они сжимали ножи и томагавки. Хищная вкрадчивость сменилась резким прыжком, в котором они крутанулись вокруг себя, как будто встречали врага, нападающего сзади. А то вдруг кружили, выискивая у себя под ногами невидимые "следы", на камнях и прилепившихся к ним растениях. Они двигались завораживающе слаженно и ритмично. Спокойный, неподвижный воздух взвихрился. Голубой дымок от курительниц взмывал вверх, рвался, растекался по площадке, струился вокруг людей. Когда он достиг Гретхен, ноздрей ее коснулся странный пряный запах, его захотелось вдохнуть поглубже, насладиться и распознать его… и она невольно вдохнула - в голове сделалось холодно и пусто. Исчезла тревога… Ритм вовлекал, он уже был не снаружи, а пульсировал внутри ее… Что-то в ней отзывалось на резкие движения мужчин, толкалось… Со стороны храма взвился короткий вскрик, и индейцы через короткое мгновение единым выдохом выкрикнули "Ху!"
Ритм, слаженные движения ритуального танца, низкие мужские голоса, снова и снова сливающиеся на выдохе в один голос - все это соединялось в странную силу, которая затягивала Гретхен, как захватывает вихрь и вопреки воле увлекает в свое неодолимое движение. Гретхен уже была внутри этого вихря, рождающегося на плоской вершине древней пирамиды. А может быть, не рождающегося, а разбуженного, вызванного из ее каменных недр. Горло ее спазматически напрягалось от желания кричать, тело, казалось, вот-вот сбросит контроль разума, им станет руководить эта неведомая сила, которая проявлялась в бешеном ритме ударов, в движениях индейцев, впавших в транс…
И в этом миг, как нельзя более кстати, Гретхен вспомнила… Она вспомнила храм Грации, огненный танец обнаженных танцовщиц и урок своего учителя, Аристо… Храмовая музыка… магия звука и танца… Так вот что происходит с нею! Ну нет, во второй раз она не позволит взять верх над собою! Теперь она способна воспротивиться этой силе. Гретхен медленно вздохнула, сбивая ритм, вибрирующий в ней самой. Снова… будто холодок заполнил голову… Но это не испугало, и разум, освобождаясь от власти подавляющей силы, пресек всякие странные желания и фантазии. Она спокойно и глубоко выдохнула.
Индейцы продолжали свой танец, сопровождая его выкриками, он становился все более неистовым. Теперь крики их раздавались почти непрерывно, подчиняясь ритму ударов в бубен и деревянному стуку рукоятей ножей о длинные топорища.
Тем временем заря разлилась на все небо, лишь на закатной стороне стояли темно-лиловые рваные тучи, а восток еще больше разгорался. Восточный край неба как будто плавился, и вот выплыла верхушка диска, раскаленного в небесной кузне. Индейцы кричали и потрясали вскинутыми руками с зажатым в них оружием. Теперь, когда от сумрака не осталось и следа, Гретхен смогла увидеть глаза мужчин, находящихся от нее справа и слева. И в ту минуту ей вдруг стало по-настоящему страшно, впервые с тех пор, как они поднялись на вершину пирамиды - глаза окружавших ее мужчин были безумны. В них горело отражение жидкого желтого огня.
Инстинктивно, как хватаются за любую опору чтоб избежать падения, она обернулась. Мужчины позади нее ничем не обличались от своих собратьев - те же маски вместо лиц, те же самозабвенные приветственные крики и неистово воздетые к солнцу руки… Но в тот миг, как Гретхен обернулась, взгляд одного из них метнулся к ней. Он был ясным и пристальным, в нем не было и следа транса, в котором бесновались другие…


Предыдущая страница Следующая страница
Содержание
Прокоментировать текст

TopList