Проза
Начало Проза Графика Аудио Форум Гостевая И компания
Предыдущая страница Следующая страница

Глава тридцать третья

сэр Кренстон застаёт "улитку" вне убежища,
и Гретхен рассказывает ему о нелепом наваждении

Человек перемахнул через подоконник, и встревожено позвал:
- Гретхен?
- Сэр Кренстон! Это вы!.. - выдохнула она.
- Проклятая птица разбудила-таки вас.
- Какая…птица?..
- Филин прилетел и расшумелся в саду, вот я и хотел закрыть окно, чтобы вас не потревожило его уханье.
- Ох… нет… я не слышала никакого филина.
- Но что-то вас испугало? Вы белее простыней.
- Ваш силуэт... Мне показалось... - она судорожно потянула на себя одеяло и торопливо закуталась в него, как будто её знобило.
- Вы всё еще боитесь? Хотите, я зажгу свечи?
- Д-да, прошу вас…
Подсвечник с тремя свечами осветил его склоненное лицо, а Гретхен казалось, что она еще не до конца освободилась ото сна, его фантомы всё ещё жили в её сознании, наваждение застилало глаза.
- Гретхен, друг мой, - помедлив, заговорил сэр Кренстон, - соблюдая приличия, я обязан сейчас же покинуть вашу спальню. Но как могу я оставить вас, видя, что вы так взволнованы. Вы испуганы, встревожены - как же могу я оставить вас наедине с вашими страхами? Я знаю, вы предпочли бы, чтобы я именно так и поступил. Порой я вижу в ваших глазах едва ли не враждебность и тщетно пытаюсь найти этому причину. Чем я вызываю в вас такие чувства?
- О, сэр Кренстон!.. - едва выговорила Гретхен, в отчаянии глядя на него.
- Отчего вы не хотите довериться мне? Что вас останавливает?
Он умолк, но теперь и Гретхен молчала. Кренстон ждал, и она подняла голову, тихо проговорила:
- Я и сама упрекаю себя в неблагодарности, - Гретхен поспешно подняла руку, останавливая его, - Вам не нравится слово, так ведь суть не в нём. Пусть будет - несправедлива. Я спрашиваю себе - почему?
- И не находите ответа?
- В том-то и дело, что нахожу... Но это ещё бОльшая несправедливость по отношению к вам... если не сказать безумие...
Гретхен в самом деле знала теперь причину того внутреннего барьера, который вставал перед нею всякий раз, когда она хотела быть откровенной с Кренстоном. Сон будто разогнал туман смутных ощущений, неосознаваемых разумом. И то, что она поняла теперь, было столь бессмысленно, настолько не имело к нему отношения, что она должна была рассказать о них Кренстону - умолчать было бы ещё несправедливее. Но поймёт ли он, что она не виновата, что вопреки её воле из страха, бессилия, несчастий и болезни так причудливо перекинулись мостики, соединив несоединимое…
- Скажите мне, Гретхен, как бы странно это вам не казалось. Я знаю, сегодня я непозволительно настойчив, но простите мне это. Вы нездоровы, я это тоже помню, но... маленькая улитка как будто покинула свой домик, - он чуть улыбнулся, - может быть, я застал её врасплох. И боюсь, что утром снова найду её замкнувшейся на все запоры.
- Я скажу вам… Но пожалуйста, не сердитесь на меня, я заранее прошу вашего прощения. Наверное, разум изменяет мне. - На губах Гретхен появилась тень виноватой улыбки - она отвлеклась от своих страхов, бледность стала сходить с лица. Она собралась с мыслями и заговорила: - Однажды мне встретился человек... Одно его присутствие внушало мне страх.
- Он обошёлся с вами жестоко? - не сразу спросил Кренстон.
- Нет, - Гретхен медленно покачала головой. - И хотя в минуту встречи с ним я не искала помощи, и не просила о том Бога… но Господь свёл нас на одной дороге. И тот человек заставил смерть отступиться от меня - я жива теперь благодаря ему. Со мной он был неизменно дружелюбен... Но я стала свидетельницей… жуткого события, - голос Гретхен пресёкся. - Я видела, как жесток он может быть...
- И вы ожидали, что с вами он обойдётся так же?
- Не знаю... - Гретхен болезненно свела брови. - Я не могу объяснить своего страха перед ним. Страх набрасывается на меня, как... огромная штормовая волна... и оглушает, парализует, просто отнимает возможность дышать. Её ведь не остановишь усилием разума...
"Я знаю, что такое жестокость, я не понаслышке знаю о побоях и издевательствах. Может потому мне не переносимо видеть истязание других и быть рядом с человеком, на это способным." - мелькнуло в мыслях Гретхен, но ничего этого она не собиралась говорить сэру Тимотею.
- Вы и теперь боитесь того человека? Вы ещё не говорите о нём в прошедшем времени? Почему?
- Пожалуйста, не осуждайте, не браните меня за глупость... - Гретхен замолчала, преодолевая себя, и - как в ледяную воду прыгнула: - Иногда в вас я вижу его...
- О, Господи, Гретхен!..
- Простите мне, ради Бога простите! Я понимаю, что, должно быть, я не в своём уме. Но вдруг мелькает он в каком-то повороте головы, в движении руки, в осанке. Особенно, когда я не вижу вашего лица. Вот как теперь - я увидела только силуэт... Я была уверена, что это он Наверное, виноват сон…
- Сон?
- Да. Мне снился сейчас страшный сон. Будто этот человек явился сюда… в сад. Я бежала от него и нашла убежище… в ваших объятиях. А потом увидела, что вы - это он. То есть, ваше лицо оказалось скрыто чёрной маской, как у него…
- Немой Пастор.
- Да…
- Когда вы появились в моём доме, первые ночи были очень неспокойны. Вы разговаривали во сне.
- И - что?..
- Вы называли это имя, и я понял, что вам довелось с ним познакомиться.
- Выходит... вы знали?!
- Да, знал.


Предыдущая страница Следующая страница
Содержание
Прокоментировать текст

TopList